История России(XIX век )  

 

 

Общественное движение после декабристов

 

Николаю I, несмотря на все его старания, не удалось взять под полный контроль вольномыс­лие в России. Люди думали, обменивались идеями, сближались, имея схожие мнения. Центр общественного движения переместился в университеты, студенческие кружки, литературные салоны, ре­дакции газет и журналов. Новое поколение ув­леклось философией.

В середине 20-х годов возник кружок Д. Вене­витинова, где изучались произведения Шеллинга, в которых большое место занимала проблема сво­боды. Д. Веневитинов, А. Хомяков, И. Киреевский, А. Кошелев по совету Пушкина решили издавать свой журнал «Московский вестник». Однако вско­ре «Московский вестник» попал в руки М. Пого­дина и стал глашатаем теории «официальной на­родности».

В начале 30-х годов среди студентов Московского университета образовался кружок Н. Станкевича. Члены кружка, в том числе К. Аксаков и В. Бе­линский, также увлекались философией и пытались применить ее для познания жизни. В 1835 г. М. Ба­кунин принес в кружок учение Фихте. Под влия­нием Белинского и Бакунина, воспринимавших идеи Фихте в их радикальном политическом зву­чании, в кружке Станкевича укреплялось «большею частью отрицательное» отношение к русской дей­ствительности. В это время Белинский сотрудни­чал с журналом «Телескоп» и газетой «Молва». Его литературно-критические статьи приобрели широ­кую известность. В 1837 г. Белинский и Бакунин отошли от Фихте, чья философия казалась теперь оторванной от жизни. К проблемам реального ми­ра их вернул Гегель. Диалектическая формула Ге­геля — «Все действительное разумно, все разумное действительно» — была ошибочно понята ими как оправдание существующей действительности. Ба­кунин, бунтарь по природе, вскоре отверг такое тол­кование, но Белинский довел его до предела и дого­ворился до оправдания самодержавия и крепостно­го права, в котором, прямо по Уварову, увидел «са­мобытность русской жизни». Это был период непо­нимания между Белинским и его друзьями.

Еще один студенческий кружок сложился в на­чале ЗО- х годов вокруг А. Герцена и Н. Огарева. Члены кружка зачитывались произведениями французского социалиста Сен-Симона, обсужда­ли события Французской революции 1830 г., про­блемы равноправия женщин. В 1834 г. на одной из вечеринок разбили бюст императора и спели песенку «дерзостного» содержания. Ни Герцена, ни Огарева там не было, но их арестовали, как заводил московской молодежи, по делу «о несо­стоявшемся заговоре». Огарева выслали в Пен­зенскую губернию, Герцена — в Пермь, затем в Вятку. В Вятке, в трудный для себя период, Гер­цен стал очень религиозен; религия помогла ему обрести внутреннюю свободу. Герцен сотрудни­чал в газете «Вятские губернские ведомости», при его участии была открыта первая публичная биб­лиотека. Из ссылки Герцен вернулся со знанием жизни провинции. Познакомившись с философи­ей Гегеля, он совершенно иначе, чем Белинский, воспринял формулу «Все действительное разум­но, все разумное действительно». Философию Ге­геля он назвал «алгеброй революции».

В 1839 г. Белинский переехал в Петербург. В 1840 г. здесь же оказался Герцен; Бакунин уехал за границу, Станкевич умер от чахотки. Кружок распался.

Сайт сделан по технологии "Конструктор школьных сайтов", спонсор проекта благотворительный фонд "Альпари"